Доктор Ливси (doctor_livsy) wrote,

Трикс 2-3-2

- Как вы могли! – Трикс всплеснул руками. – В такой ситуации верным друзьям положено до последней капли крови защищать беспомощную девочку! Тем более, вас могли и не до смерти убить…

- Это верным друзьям, - надулась фея. – А я к ней в подружки не набивалась.

Как ни был расстроен Трикс, но Аннет была права. Какие у него были основания требовать самопожертвования от мирной цветочной феи? Вот если бы он оказался в доме… отважно вышел навстречу рыцарю, то есть магу, и сказал «Прочь отсюда! Ты в доме великого волшебника Щавеля, а я – его ученик…»

Впрочем, витамант и так прекрасно знал, куда попал. Трикс очень четко представил, как терпеливо выслушав его тираду, закованный в железо волшебник поднимает могучий кулак и… ну, к примеру, отвешивает ему по лбу щелбан бронированным пальцем.

И Трикс отважно падает на пол.

- Да… неудобно получилось… - признал Трикс. – Надо… надо что-то делать.

- Вот как раз делать ничего не надо! – затрепетала крылышками фея. – Все совершенно замечательно уладилось. Княжну что, в плен забрали? В темницу посадили? Нет, ее вернули домой. Во дворец.

- Но ее хотят насильно выдать замуж…

- Обычная судьба высокородных особ, - фыркнула фея. – Думаешь ты сам, останься ты наследником со-герцога, выбрал бы жену по своему вкусу? Ха! Отец привел бы к тебе двух-трех девиц подобающего положения. Одну толстую, вторую рябую, а третью глупую. И велел бы выбирать. И выбрал бы ты, как миленький. Потому что брак – это штука политическая.

- И что же делать? – воскликнул Трикс.

- Я во дворец пойду, - высморкавшись, сказал Халанбери. – Ага? Что я Тиане помогал, никто не знает… наверное. Ну, всыпят за то, что дома не ночевал… подумаешь.

- Тогда я пошел покупки раскладывать, - сказал Иен. – А Тиане привет от нас передай, ладно? Очень жалко, что так получилось.

- Вот и правильно! – обрадовалась фея. – Все должны заниматься своими делами…

Трикс понял, что помощи от друзей он не получит. Рваться во дворец спасать княгиню никто не собирался.

- Но послушайте, так же нельзя! – воскликнул он. – Мы же обещали ей помочь! Я дал свое слово!

Халанбери шмыгнул носом, но промолчал. Иен только закатил глаза, всем своим видом демонстрируя, что он думает о причудах аристократов.

И тут на кухне появился великий маг Радион Щавель.

Любой волшебник, освоивший трудную науку телепортации, знает: мало просто переместиться из одного города в другой, в мгновение ока оказаться на вершине горы или на берегу моря. Важно еще добиться того, чтобы все свидетели перемещения в полной мере осознали – как труден был этот процесс и как силен волшебник, сотворивший подобное. Триксу доводилось видеть телепортирующихся волшебников – были среди них особо доверенные королевские курьеры, встречались и просто любители странствий. У каждого были свои привычки.

Один молодой маг, к примеру, перемещался по частям. Вначале на земле появлялись ступни, потом колена, бедра, живот, грудь, шея – лишь в последнюю секунду из пустоты показывалась голова.

Другой волшебник, постарше и посолиднее, появлялся весь сразу, но вначале он был прозрачным, бесцветным, потом становился черно-белым, потом медленно обретал цвет.

Известная волшебница Сесилия Невам, посещавшая пару раз со-герцогство с своих странствиях, выходила из возникающего в воздухе серебристого зеркала, которое поддерживали крошечные разноцветные птички. С волос волшебницы при этом сыпались благоухающие ландыши, а с рук слетала светящаяся пыльца.

Прославленный колдун Грен Ясыть, человек старый и суровый, выходил из воздуха в окружении языков пламени, одежда его часто была порвана, магический жезл светился багровым светом, а в другой руке колдун сжимал окровавленный кинжал – по всему выходило, что путь колдуна только с виду был быстрым и простым, а на самом деле он шел тайными адскими тропами, сражаясь по пути с бесчисленным множеством монстров.

Каково же было разочарование Трикса, когда задав Радиону вопрос о телепортации, он получил честный ответ – все эти красивости никакого значения не имеют и являются иллюзией, призванной восхитить и устрашить свидетелей колдовства.

Телепортируясь из башни в свой летний домик, Радион Щавель не ожидал встретить здесь посторонних. Поэтому и появился он по-простому – беззвучно возник в воздухе, держа в руке большой бокал белого вина.

Вид у волшебника был очень усталый и помятый. Одет он был в зеленый, расшитый алыми розами махровый халат и самаршанские войлочные туфли на босу ногу. Наверное, симпозиум продлился дольше, чем ожидал Щавель, и отнял у него много сил душевных и физических.

Обнаружив рядом с собой не только Трикса и фею, а еще и Иена с Халанбери, чародей вздрогнул и расплескал вино.

Аннет быстренько села Триксу на плечо. Иен с Халанбери дружно попытались спрятаться за спиной Трикса, столкнулись и упали на пол.

- Что за… Что за мальчишник ты тут устроил? – воскликнул Щавель. И, болезненно скривившись, прижал ладонь ко лбу. – А… опять…

Смышленый Иен вскочил и подтащил к Щавелю стул, на который волшебник благодарно опустился. Потом метнулся в сени и вернулся с большим горшком с солеными огурчиками и бутылью анисового вина.

- Убери это! – простонал Щавель. – Злой мальчишка… Трикс, откуда он тут взялся? А?

Но Иен, не слушая его, быстро налил в большой бокал огуречного рассола, а в маленькую рюмку – чуть-чуть анисовой настойки.

- А… - в голосе Радиона прорезалось понимание. – А!

- Выпейте, господин волшебник, - произнес Иен. – Вначале анисовки, а потом… нет-нет! Сейчас не дам! Выпейте анисовки, потом рассольчик! А вино свое отдайте, не нужно вам сейчас вино, только голову закрутит и в ноги слабость даст…

Скривившись, Щавель безропотно хлебнул горючего анисового вина, потом припал к бокалу с мутным рассолом. Вернул опустевшую посуду Иену, помолчал несколько секунд. И окрепшим голосом произнес:

- Умный мальчик. Ты не ученик ли лекаря?

- Нет, господин волшебник. Я сирота. Но господин Хагус, попечитель нашего приюта, очень любил по утрам рассола с анисовкой. А он был в этом деле большой специалист.

- Понятно, - кивнул Щавель. – Трикс! Вопрос остается – что за сборище в моем доме?

- Ну… это фея Аннет… - начал Трикс.

- Фею я знаю, - сморщился Щавель.

- Это сирота Иен из приюта в моем герцогстве, - Трикс принципиально не сказал «со-герцогстве». – Мы с ним познакомились после бунта… и он стал моим оруженосцем… а потом… потом немного потерялся.

- А потом немного нашелся, - кивнул Радион. – Понятно. Замечательно. У моего ученика есть собственный оруженосец.

- Ну… да… - промямлил Трикс.

- Еще рассола? – спросил Иен.

- Шустрый парень, - сказал Радион. – Ладно, допустим. Оруженосец ученика волшебника… Интересный прецедент…

- Пренцендент? – восхитился Иен незнакомому слову. – Это как претендент?

- А это кто? – палец Щавеля, даже не обратившего внимания на слова Иена, указал на мнущегося за спиной Трикса Халанбери.

- Это Ага… Халанбери.

- Ага Халанбери? Какое странное имя. Тоже сирота?

- Нет, не очень.

- Это как? Как это – не очень сирота?

- Ну… его родной отец – князь Джар Дилон, - разъяснил Трикс. – А мать горничная князя. Была, потом замуж вышла и умерла. Поэтому его отец – бывший придворный менестрель, а ныне садовник. Но он ведь не родной. Так что он немножко сирота.

- Боги, это слишком сложно для меня… сейчас… - простонал Радион. – Может и сам регент, или княгиня у нас в гостях?

- Княгиня была, - обрадовался Трикс. – Но ее забрал маг витамантов и увел во дворец.

Наступила тишина. Радион Щавель медленно багровел и Трикс с испугом вспомнил, что некоторые ученики, доставляющие магам уж слишком много проблем, заканчивали свое обучение в виде вешалки, кресла или добродушного красивого пса.

- Господин Щавель, позвольте объяснить все по порядку! – воскликнул он. – Я прибыл в Дилон вчера вечером…

Неизвестно, что в итоге успокоило Щавеля – то ли то, что Трикс собрался и начал рассказывать все связно и по порядку, то ли поднесенный Иеном бокал рассола. А может быть приложила руку Аннет – Триксу показалось, что фея чуть-чуть подколдовывала, сидя у него на плече – от нее так и шло волнами по комнате умиротворение и слабый аромат фиалок.

Во всяком случае, через четверть часа, дослушав историю до конца, Радион Щавель уже спокойным тоном произнес:

- Удивительный, достойный изучения дар, Трикс. Ты вляпываешься во все неприятности, которые оказываются у тебя на пути. При этом остаешься целым и невредимым… тут любопытные следствия из теоремы Абуира применительно к законам Гаррота-Фенкеля.

- У магии есть законы и теоремы? – удивился Трикс.

- У всего на свете есть законы и теоремы, - фыркнул Щавель. – Но тебе пока рано забивать этим голову, в тебе бурлит молодая дурная энергия, которой надо научиться пользоваться… Странную историю ты мне рассказал. Регент Хасс – желчный старик себе на уме, совести у него ни на грош, доброты и великодушия – еще меньше. Но в одном я уверен – Хасс не дурак. А интриговать за спиной короля Маркеля Веселого – да еще в таком вопросе, как отношения с витамантами… надо быть дураком! Нет, Хасс предан короне…

- Он старый, - сказал Трикс. – А только витаманты умеют жить вечно. Может быть, он поддался на уговоры?

- Может быть, все может быть… - пробормотал Щавель. – Даже нас, простых честных волшебников, на исходе второй-третьей сотни лет порой одолевает предательское желание податься в витаманты…

Он помолчал. Потом встал, и что-то пробормотал себе под нос. Лицо волшебника тут же чудесным образом порозовело, белки глаз, напротив, стали чистыми и белыми. Выглядел он теперь не как уставший маг после двухдневного симпозиума, а как приличный человек.

- Да, Аннет, спасибо за твое маленькое волшебство, - небрежно бросил Щавель. – А говорила – ничего не умеешь…

Аннет смущенно затрепетала крылышками.

Насвистывая что-то себе под нос Радион прошелся по комнате. Выглянул в сени и через мгновение вернулся с букетом белых роз. Сказал:

- Одобряю, Трикс, одобряю. Очень приятный запах. Отнеси в сортир.

Трикс не решился сказать, что розы предназначались княгине. Он отнес букет в указанное место и укрепил на стене рядом с держалкой для свечки. Лишь один бутон Трикс оторвал пальцами и спрятал в нагрудном кармане, поближе к сердцу.

Когда Трикс вернулся, все уже были при деле. Аннет летала по кухне и командовала Халанбери, который мыл посуду. Иен таскал покупки и раскладывал их по шкафам. А сам Щавель вышел из своей спальни, переодетый в строгую черную мантию с белым кружевным воротником, сапоги из крокодильей кожи и высокую черную шляпу с поблескивающими на ней разноцветными камешками. В одной руке он держал длинный магический посох из черного дерева, в другой – книгу заклинаний в кожаном переплете. Временами книга тяжело и угрожающе вздыхала.

В общем – выглядел он замечательно, как и положено известному волшебнику.

- Мы с тобой отправимся к регенту, - сказал Щавель. – Надень свою парадную мантию и черную шапочку с рунами, и ботинки с блестками. Возьми посох. И… вот. Это тебе.

Он протянул Триксу маленькую, с ладонь размером, книжечку, переплетенную в плотную серую ткань. Зеленой нитью в уголке книжечки было вышито надкушенное яблоко.

- Что это? – восторженно прошептал Трикс.

- Это – твой первый наладонник, - торжественно сказал Щавель. – Малая книга заклинаний. Я туда тебя кой-чего закачал на первое время… заклинания для связи, заклинания для ориентирования на местности, музыкальные заклинания – чтобы непринужденно развлекать публику…

- А боевые заклинания есть?

- Ну… скорее, защитные. Огненная стена.

- Вот это да… - Трикс погладил книжечку по обложке. – А почему тут яблоко?

- Осторожно! – воскликнул Щавель. – Это не просто яблоко, это запечатлитель…

Палец Трикса внезапно кольнуло и яблоко окрасилось красным.

- Ай! – завопил Трикс. – Под обложкой игла!

- Не игла, а магия. Наладонник тебя запомнил, чтобы никто другой не смог им пользоваться! – Щавель покачал головой. – Я только хотел предложить тебе придумать ему красивое имя… Но теперь поздно. Наладонник запомнил то, что ты произнес.

- И что?

- Теперь, чтобы открыть книжку, ты должен повторить эту фразу.

- Ай, под обложкой игла? – ужаснулся Трикс. – Это же глупо! Надо мной смеяться будут!

- Возможно, он удовлетворится одним-двумя словами, - предположил Щавель.

- Ай, - печально сказал Трикс, поглаживая обложку. Ничего не произошло. – Ай под…

Книжечка открылась.

- Ну и нормально, - сказал Щавель, пока Трикс с любопытством разглядывал записанные на плотной кремовой бумаге заклинания. – Ай под... Айпод. Нормальное имя для наладонника. Я знаю магов, у которых книгу заклинаний звали «Чтоза», «Блин» или «Уберитеэту».

- А когда я получу настоящую, большую книгу?

- Книга заклинаний растет вместе с магом, - объяснил Щавель. – Она кормится заклинаниями, которые ты в нее записываешь. Чем лучше заклинания, тем быстрее книга растет, тем больше в ней страниц, тем красивее обложка… Ну ладно, иди одеваться.

Через пять минут Трикс выбежал к магу уже одетый как подобает ученику волшебника. И обнаружил, что Щавель хмуро разглядывает маленький глиняный кувшинчик.

- Откуда у нас настойка на корнях калиса и листьях зельзибы?

- Так это… Тот рыцарь, который волшебник, который витамант… - Трикс сообразил, что упустил в своем рассказе эту деталь. – Он же велел купить и передать вам эту настойку. Серебряную монету дал! Сказал, что это вам подарок от старого друга с Черной Переправы…

Трикс замолчал, сообразив, что на Черной Переправе Радион Щавель никак не мог иметь в друзьях мага-витаманта.

- Гавар Вилорой, - задумчиво сказал Щавель. – Носит стальную броню… маг… Черная Переправа… Это Гавар. Один из самых сильных витамантов, верный пес Эвикейта… хотя зачем обижать собак… Только он мог сделать мне такой… подарок. Идем!

Струхнувший Трикс поспешил за Радионом. Когда они вышли из дверей, Щавель сразу же направился к черному пятну, оставшемуся от сторожевого огонька. Протянул руку и зашептал – Трикс услышал только несколько слов.

- Из искры возгорится пламя… Из пламени возникнет шар…

На всякий случай Трикс отступил на пару шагов.

Под рукой Щавеля полыхнуло и появился маленький сторожевой огонек. Он надувался, пока не сравнялся размером с предыдущим, потом легонько ткнулся в ладонь мага – и полетел по саду.

- А я думал, вы прежнего оживите, - пробормотал Трикс.

- Оживлять – это магия витамантов, - презрительно сказал Щавель. – Идем.

Волшебник шел по улице в гору упругим шагом, сильно ударяя в землю посохом (временами от посоха отлетали искры, иногда в месте удара посоха распускались мелкие белые цветы). Похоже было, что Щавель настраивается на серьезный разговор.

Семенящий следом Трикс не выдержал и спросил:

- Господин Щавель… Дозволено ли мне будет спросить…

Волшебник вздохнул и ответил:

- Если ты переешь немытых зеленых яблок, или решишь полакомиться солеными огурчиками, запивая их парным молоком, то выпей горькой настойки из калиса и зельзибы – и дня на два забудешь о своей беде. Только не более трех ложек!

- А… - запнулся Трикс.

Щавель снова вздохнул. И пояснил:

- На Черной Переправе было страшно, ученик. Очень страшно. Бренное тело порой подводит даже самый могучий дух… И это вовсе не позор, понял?

- П-понял, - прошептал Трикс.

- Но в летописях о таких вещах, конечно, умалчивают, - добавил Щавель. – И если расскажешь кому – я тебя превращу в ночной горшок!

- Превратить можно только в то, что легче! – блеснул познаниями Трикс.

- Ночные горшки бывают и деревянные, - отрезал Щавель, и Трикс решил не испытывать судьбу.

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 73 comments
Previous
← Ctrl← Alt
Next
Ctrl →Alt →
Previous
← Ctrl← Alt
Next
Ctrl →Alt →